В море
Серебристые горы
Остались вдали,
В темноте потерялись
Рубины-огни.
Песня весёлая
С бака несётся,
В море холодном
Чудесно поётся.
Ветер на снастях,
Словам подпевает,
Мачты высокие
Низко склоняет.
Ветер суровый,
Свинцовое море,
Волны седые
На тёмном просторе.
Брызги солёные,
Всплески волны,
Свет серебряный
Бледной луны.
Зелёные всполохи
Чудных сияний,
Искры алмазные
Звёздных мерцаний.
1929, Баренцево море
Горные ручьи
В горах скалистых,
В лесах тенистых
Бегут, струятся ручейки.
И нет быстрее,
И нет живее
Воды, чем в горных ручейках.
В горах снежистых,
В лучах цветистых
Бегут, струятся ручейки.
И нет светлее
И веселее
Воды, чем в горных ручейках.
Сентябрь 1931
У реки
В струях холодных плескался солнца блик,
И жемчуг белоснежный сыпался на скалы,
И пылью алмазной взметались горсти брызг,
С сердитым рокотом упругие струи играли,
Упругие струи расплавленного льда,
И нас приятною прохладою ласкали.
Немолчный шум воды, стеснённый тёплыми камнями,
Взносился вверх, в вечнозелёную листву,
Где грецкий зрел орех и лавровишни листьями сверкали.
И солнечным теплом и звуков всплеском
Струилась радость жизни безыскусной,
Мерцая на воде искристым блеском.
17 мая 1933
Норд-ост
Чёрный контур горы,
Мёртвых линий изгиб
В бледном свете
Висящей луны.
Звёзды тускло горят
В хаосе ветров,
Вехи созвездий
Едва на месте стоят.
И шумят,
Шурша, деревья тёмные,
Корнями еле-еле
Бледную землю держа.
И наклоняются,
И изгибаются
Тени,
Тени
Шумящей листвы.
Руки чьи,
Волосы чьи
Простираются к морю,
В тьму
Из тьмы?
Тихо, тихо,
Совсем одиноко
Тёмное море лежит,
По чёрному морю
Серебристая пена бежит.
Но вот ветра порыв,
Жуть вырастает на нём,
Тянет, зовёт в темноту.
А кругом
Всё светло,
Всё бело
И бледно.
О, лунатиков светлая ночь!
Ночь шумящих теней-привидений.
20 сентября 1934, Геленджик
Осень
Войдём с тобой в осенний парк,
В прозрачные аллеи.
Исчез листвы тенистый мрак,
И птицы улетели.
Войдём, там золота узор
Рассыпан ветра шумом,
К сухой листве мы склоним взор
В молчании бездумном.
Войдём с тобой, шурша листвой,
Послушаем шептанье
Про дни, прожитые весной,
Про сердце трепетанье.
Войдём же в парк, в пустой, войдём
В печальные аллеи,
Там будем только мы вдвоём,
Ведь птицы – улетели.
Октябрь 1939, Киев
Тревога
Чьи это тени мелькают?
Смотри! Как темно впереди,
Наши костры догорают,
Неверные блики видны.
Чей это топот далёкий?
Чьи там блуждают огни?
Чей это конь одинокий
Без всадника в мёртвой степи?
Нет, не к добру те виденья,
Что мелькают в зловещей дали,
Мирные наши селенья,
Что-то вас ждёт впереди?
1940, Киев
Зимой
Солнечный свет безучастно
Льётся с прозрачных небес,
Иней искрится бесстрастно,
Спит замороженный лес.
Без ропота согнуты снегом
Тонких берёзок стволы,
Спят в одеянии белом
Смёрзшихся елей шатры.
Призрачны снега сплетенья.
Арки, карнизы, мосты,
Вьюги холодной творенья,
Зимних мерцаний цветы.
Здесь средь алмазов безбрежья,
Спит, отдыхая, весна,
Будь же спокойным и нежным,
Не нарушай сна.
1940
Звезда
Я средь зимнего леса брожу,
Белый свет на шуршащем снегу,
Без надежды на небо гляжу,
Полно теней на светлом снегу.
Потерял голубую звезду,
Пусто в тёмном, замёрзшем лесу.
И теперь уж её не найду,
Без звезды пусто в тёмном лесу.
То ль упала она – не найду
И лежит среди блёсток в снегу.
Может, ветка прикрыла звезду?
Не найду на блестящем снегу.
О потере ревниво молчу,
Чтоб никто не нашёл ту звезду,
Сам себе же упорно шепчу:
– Я её отыщу, отыщу.
16 мая 1940
Снег
Снег белый.
Деревья чёрные.
И мысли – тоже чёрные.
Только вот белый снег,
Только вот лунный свет,
Только лыжный бег.
Только пусто кругом...
От тоски бегом,
От себя бегом.
Никого кругом.
Февраль 1962, Дубна
Восходит солнце.
Весь лес поёт.
И на траве
тончайший лёд,
И на деревьях
блёстки слёз –
Берёзам радостно
До слёз.
...................
...................
5 мая 1963
Песня
Здравствуй, тёмное, тихое море!
Далеко позади острова,
Эти светлые длинные волны
Золотая качает луна.
Всё заснуло над морем спокойным,
Только бакена ясный огонь
Говорит о далёком просторе,
И туда мы с тобой поплывём.
Не тревожься, моя дорогая,
Это море сегодня нам друг,
Эти сильные, крепкие руки
Даже в шторме тебя сберегут.
Спой мне светлую лунную песню,
Пусть летит над глубокой водой
И расскажет и птицам, и рыбам,
Почему нам не спится с тобой.
Здравствуй, тёмное, тихое море!
Далеко, далеко берега...
В те бескрайние водные дали
Нам дорогу подскажет луна.
1963, поезд Варшава–Москва
Конь
По синему полю
На солнечной воле
Красный конь,
По спине огонь.
Красный конь
По лужам
По зеркальным
Копытами
Дрызг,
Дрызг,
Дрызг.
Зеркала на тысячу
Брызг!
Брызг!
Свобода!
Гриву на ветер,
На ветер хвост,
Скачет под солнцем
На облачный мост.
Свобода!
Коняга-миляга,
Быстрые ноги,
В загоне забросил
Тяжёлые дроги.
Чудак. Удрал,
Не человек,
Не знал,
Зубрить не приходилось,
Что свобода есть
Осознанная необходимость.
30 декабря 1964
Моя стихия
Меня окружают
Четыре стихии:
Земля, огонь, и вода,
И ты, моя любимая.
Скала,
Костёр,
И море,
И ты, моя любимая.
Море бьётся о скалы,
Ветер лохматит костёр
И волосы твои золотые.
Сердце же моё бьётся
О гордость твою,
Моя одержимая, моя любимая
стихия!
9 сентября 1965
Сновидение
Пришла мать.
Старая мать.
Она отвела нас в церковь,
Там горели свечи –
Тёплые огоньки
В прозрачных пальцах.
С них стекал воск.
Душистый воск.
Стекал и падал
На светлое серебро,
На тёмные иконы.
Золотые,
Красные,
Коричневые
Архангелы и
Святые,
Строгие и добрые.
Меня окружили старушки.
Простые, в платках,
Древние, как народ.
Они сказали:
«Пойте из Пушкина…»
«Из Пушкина!? Что?
Это, наверное, бред.
Лучше будет петь
Богородице, деве радуйся…»
И все пели…
Что это – похороны?
Или венчание?
И ты рядом со мной
Стоишь на коленях,
Вся белая-белая,
В кружеве, в пене.
Но почему у тебя
короткая юбка?
Забыл. Ты всегда такая.
Я стою. Чёрный-чёрный.
Стою и глажу
Твою золотую головку,
Твою светлую головку.
«Молись!
Молись!»
*
В этот час она умерла,
В сыром тумане,
Ушла навсегда…
Предательница,
Бесконечно любимая.
14 ноября 1966
Mona Lisa
Кто ты? Меня не проведёшь!
Я женщина. Загадка для тебя навек.
Я знаю радость исступлений
И тишину молитв.
Я знаю грех,
И искупленье,
И страх, и радость,
Недоступные тебе.
Ты слишком прост и груб.
Мужчина ты –
Меня ты не поймёшь.
18 октября 1967, Париж–Лондон
Совесть молчит
и молчит,
Её меняют на мелочь анекдотов,
Её отдают в кредит,
Меняют на водку, на спирт,
На тёплое кресло,
На жирное чресло,
Она продаётся по блату
За услуги в бюро проката.
На что только не меняют её!
А совесть молчит.
Молчит и царапает
Когтями самое сердце –
Маленькое красное тельце.
Люди умирают будто от инфарктов?
Люди с раздвоенной душой,
Искалеченные полуправдой
и ложью,
Умирают, не бывши сами собой.
1. Муза в храме науки. Сборник стихотворений. М.: Советская Россия, 1982.
2. Из личного архива Л.Д.Блохинцева.
